«Пиквикский клуб» и «Женитьба Фигаро» на сцене МХТ [Рецензия]


 

[Цитировать]

Две премьеры, сыгранные в рамках «Черешневого леса», – это две стороны одной очень глянцевой упаковки
Открывая очередной фестиваль «Черешневый лес», театральный синдикат Олега Табакова выстрелил премьерным дуплетом. В МХТ им. Чехова Евгений Писарев поставил «Пиквикский клуб» Диккенса, а в «Табакерке» Константин Богомолов выпустил долгожданную «Женитьбу Фигаро» с поистине звездным актерским составом. Поставленные разными режиссерами и формально в разных театрах, два спектакля, сыгранные на одной сцене, оказались на удивление похожими. «Черешневый лес» — мероприятие светское, и искусство, которое здесь представляют, по определению должно быть буржуазным — то есть красивым, дорогим и примиряющим с действительностью. Оба спектакля этим критериям вполне соответствуют.
Самое яркое и запоминающееся здесь — это сценография Зиновия Марголина в «Пиквикском клубе» и Ларисы Ломакиной в «Фигаро». Зиновий Марголин, когда-то придумавший для «Норд-оста» тот самый самолет в натуральную величину, теперь выкатил на сцену МХТ двухэтажный красный лондонский автобус, который в финале светится новогодней иллюминацией. Лариса Ломакина выстроила на сцене роскошный павильон с лестницами, мостками, витыми чугунными перилами, фонтаном и бассейном — будто для барочной оперы. В сочетании с пышными костюмами от Александра Васильева получилась красота сногсшибательной силы — сиди и любуйся. А ничего другого зрителям и не остается, потому что содержания за этой эффектной формой остается — кот наплакал.
Евгений Писарев неоднократно повторял в интервью, что хотел бы назвать свой спектакль, как у Виктора Розова — «В поисках радости». Роман Диккенса по жанру — рождественская сказка для взрослых, и режиссер несомненно хотел сделать людям праздник, тем более что оптимистические зрелища он ставить умеет. Примером тому — прошлогодний «Конек-горбунок», отобравший «Золотую маску» в номинации «оперетта-мюзикл» у профильных музыкальных театров. «Пиквикский клуб» порою тоже напоминает мюзикл: и по строению мизансцен (в центре главные герои, вокруг приплясывает массовка, вот-вот запоют под звучащие весь вечер битловские хиты), и по способу актерской игры. Персонажи здесь лишены психологической проработки, лишь обозначены двумя-тремя чертами.
Александр Феклистов, после десятилетнего перерыва возвратившийся на сцену МХТ, играет своего Пиквика на одной ноте — ноте удивления. И хотя образ чудаковатого и трогательно-наивного исследователя жизни получился у него весьма точным, без дальнейшего развития он перестает быть интересным. На фоне безликих компаньонов мистера Пиквика ярко выделяется пройдоха Джингль Юрия Чурсина и смекалистый слуга Сэм Уэллер Михаила Трухина. И пусть та яркость из разряда «вырви глаз», но только эти двое демонстрируют владение эксцентрической формой, на которой Евгений Писарев пытается строить свой спектакль. Форма проваливается, внятного содержания под ней не обнаруживается, и все происходящее начинает напоминать балаган — жанр, наиболее распространенный сегодня на нашей сцене.
Константин Богомолов вроде бы режиссер другого склада. Филолог по первому образованию, он на первое место всегда ставит не обертку, а начинку. К «Женитьбе Фигаро» он тоже подошел серьезно, даже чересчур. Попытка сыграть комедию Бомарше как испанскую драму чести, доказывая, что и цирюльники страдать умеют, пошла вразрез с декоративной стилистикой спектакля. Первое действие игристо и безмятежно-радостно: актеры сверкают своими фирменными улыбками, несут милую отсебятину и активно раскрывают тему сортира, водруженного посреди сцены. Звезды «Табакерки» не блещут здесь новыми гранями таланта, но вполне успешно эксплуатируют старые. Олег Табаков в роли сластолюбивого графа Альмавивы смотрит на пышную и резвую Сюзанну Ирины Пеговой, как Матроскин на свою Буренку, — с отеческой нежностью. Марина Зудина могла бы сыграть покинутую графиню гораздо глубже, но вынуждена вести предложенный ей рисунок недалекой и капризной ломаки. Ну а Сергей Безруков, и ежу понятно, просто создан для роли порхающего, лучистого и темпераментного жизнелюба Фигаро. Все первое действие он с наслаждением купается в этом образе, то пародируя голос Табакова, то переходя на беглый испанский.
Но во втором акте краски неожиданно сгущаются. Марселина Ольги Барнет сначала произносит поистине трагический монолог о несчастной женской доле, а потом зачем-то пытается утопиться в бассейне, повесив на шею надгробный камень с могилы Бомарше. Ревность Фигаро оборачивается гамлетовской меланхолией, действие буксует, и его не спасают ни страстные испанские танцы молодоженов, ни странный балет слуг просцениума, изображающих по ходу дела то оленей, то лебедей. Сказочные мотивы Гоцци, по словам режиссера, понадобились ему, чтобы создать эффект поэтической притчи. Но вместо притчи получилась туманная неопределенность, в которой потонули и режиссерское высказывание, и веселость Бомарше.
Иными словами, обоим режиссерам удалось почти невозможное. Евгений Писарев превратил великий роман Диккенса в бессмысленный балаган, а Константин Богомолов сделал «Женитьбу Фигаро» скучным зрелищем.
Источник: _openspace.ru



Показать сообщения:    

Текущее время: 11-Дек 05:21

Часовой пояс: UTC + 3


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах
Вы не можете прикреплять файлы к сообщениям
Вы не можете скачивать файлы